Поговорим о моде?
1950-е
Татьяна Васильевна Лебедева, профессор кафедры телевизионной и радиожурналистики, доктор филологических наук
« Женщины начали носить брюки в 50-х годах»
Примерно в 1955-56 гг. в отделах женской одежды появились брюки. Спортивные, конечно, носили и раньше, но теперь брюки для женщин стали вполне повседневной одеждой. Они были узкими и темными, но не черными, а в основном коричневыми и синими, из материала, напоминающего современный твид (шерстяная ткань, мягкая на ощупь, с небольшим ворсом – прим. автора) в мелкий рубчик. Носили их с рубашками в клетку, чаще навыпуск.
Достать брюки было трудно. Единственное, недалеко от МГУ, где я училась, был магазин под названием «Одежда из ГДР», там их можно было застать.
Летом 1957 года в Москве проходил Всемирный фестиваль молодежи и студентов. А накануне в магазинах появились яркие ситцевые юбки – широкие, пышные, в разноцветную полоску, на редких моделях эти полоски состояли из цветных матрешек – а-ля «русский стиль» (наверное, для иностранцев).
Тогда девушки ходили с косами, а гости на фестиваль приехали с длинными распущенными волосами, как ходят сейчас. Наши девушки тоже распустили косы. Дружинники сочли это развратом и грозились вырезать клок волос прямо на лбу. При виде этой братии надо было перейти на французский и сказать:
— Mon ami, que dit ce garçon? (Мой друг, что говорит этот мальчик?)

Сразу отставали.



Где-то в конце 50-х появились плащи «болонки», помню, в это время их стали привозить из Италии и Франции. Самым популярным цветом был синий, но яркие красные и васильковые смотрелись лучше. Темно-синие выглядели как халаты из спецодежды. Плащи полюбились многим модницам того времени из-за удобства, в любой момент их можно было легко сложить и спрятать в портфель или сумку. С этими плащами модно было носить на голове шелковые косынки, особенно красивыми были платочки, привезенные из Чехословакии, на них изображались пейзажи страны. А вот прилагаемые к плащу косынки из ткани «болонья» почти никто не носил.
Еще одной приметой 50-х было носить белые носочки (х/б) под босоножками.
«Подружки любили одеваться одинаково. Руководитель семинара по Маяковскому, Виктор Дувакин спрашивал, глядя на нас: «Их двое или одна?» Все кричали: «Одна!»
1960-е
Петр Иванович Новиков, преподаватель кафедры теории и практики журналистики
«Модная одежда в магазины попадала лишь тогда, когда из моды выходила»
Главная примета мужской одежды середины 60-х годов – расклешенные брюки. В те времена советская легкая промышленность за модой не поспевала, и модная одежда в магазины попадала лишь тогда, когда из моды выходила. Расклешенные брюки можно было пошить лишь у портных-индивидуалов, работавших на дому. Некоторые народные умельцы распарывали свои штаны по шву до колена и вшивали клинья, вовсе не обязательно из такого же материала.
Свидетелем самого выдающегося «хэнд мейда» я стал на вечере старшеклассников, устроенном в городском Дворце пионеров накануне нового, 1966 года. На танцах объявился молодой человек в брючках с клиньями из ситчика. Но фишка была в другом: по бокам к ним были аккуратно подшиты две елочные гирлянды. В карманах умельца были спрятаны батарейки с выключателем. Шок, в котором была публика, описанию не поддаётся.
1970-е
Владимир Васильевич Тулупов, декан факультета журналистики, профессор кафедры рекламы и дизайна, доктор филологических наук
«Я, честно говоря, не был модником»

Среди друзей тоже никто за модой не гнался, просто все старались выглядеть хорошо.
В годы моего студенчества все носили расклешенные брюки (в 50-е годы у наших родителей такое было модно, а через 20 лет у нас). И водолазки… если ты в белой водолазке, значит ты выглядишь стильно.
В моде была и синтетическая ткань, сейчас она не в почете, а тогда она пользовалась большим спросом, но стоила дорого, поэтому не все могли ее себе позволить.

Был период, когда все носили пышные прически, что называлось «взрывом на макаронной фабрике». А на военной кафедре они не допускались, заставляли состригать. И помнится мне, был один студент, биолог, ему с первого по пятый курс удалось сохранить свою пышную, густую шевелюру. А все потому, что каждый раз он туго закалывал и прилизывал свои волосы для сборов. А я всех этих способов не знал. И вообще тогда кучерявым был. И тут я прихожу на экзамен, и меня отправляют в парикмахерскую, а у меня завтра свадьба. Супруга до сих пор вспоминает этот момент. Она думала, что я приду кудрявым, а я под венец пришел остриженным. Ну что ж, я – исполнительный солдат.
~
Татьяна Николаевна Хомчук-Черная, старший преподаватель кафедры теории и практики журналистики
«В юности я предпочитала черный цвет, подруга даже называла меня "грузинской вдовой" »
Я не знаю, что было модно. Нас мода интересовала не то чтобы в последнюю очередь, а мы вообще за ней не следили. Мы одевались как придется. Для меня главными критериями в одежде были: «мне нравится», «мне удобно», «мне идет». Как я понимала, что мне идет? Если я себе нравилась, значит это мое.
Ходили в основном в джинсах, достать их (именно достать, а не купить) в наше время было очень сложно, поэтому те джинсы, которые я носила много лет в студенческие годы, ко мне попали от знакомого актера Станислава Садальского, он тогда уже выезжал на гастроли с театром за границу. С его, так сказать, плеча мне досталась и юбка.
Черный свитер, черная юбка были моей любимой униформой. Подруга даже называла меня «грузинской вдовой». А вообще, я за всю свою юность, да и, наверное, зрелость, не купила сама себе ни одной вещи. Мне дарили одежду родные, покупали подруги, сама я не переношу магазины.
Кофта, в которой я на фотографии, –это перешитая блуза тетушки, как говорят, из бабушкиного сундука. Она много лет лежала без дела, ждала своего часа. Несмотря на то, что блузе было лет 30, сохранились все краски, оттенки. А материал – шифон. Это потрясающая ткань, почти невесомая. Кстати, на фото две кофты, и обе перешитые. Время было такое, даже я шила, хотя это и отнимало у меня много нервов. Для меня всегда, например, было загадкой, как женщины, начиная с одной петельки, создают целую вещь.

Мы, молодежь того поколения, не обращали внимания на моду. Нам было все равно, что носить, нас интересовали другие вещи.
1980-е
Свои американские джинсы я поменял на собрание сочинений Канта.
Сергей Владимирович Савинков, профессор кафедры истории журналистики и литературы, доктор филологических наук
Помню, первые джинсы купил в московском магазине чуть ли ни в отделении детских товаров, просто они там были! Их называли «штаны», а не джинсы. Но дело в том, что джинсы, которые я купил там, были ненастоящими, потому что не стирались, а настоящие джинсы должны были быть вытертыми. На какие ухищрения мы только ни шли, кто-то даже посыпал их мукой. Не помню, делал я это или нет, но, по-моему, тоже делал. А когда пришел в университет в этих джинсах, я был самым счастливым человеком! Но потом я понял, что это не совсем то. В общем, наши отечественные джинсы не поддавались манипуляциям и никак не принимали вид потертости.

Мои первые настоящие джинсы появились только тогда, когда я женился, а случилось это в 22 года, если не в 21. На все деньги, которые нам подарили на свадьбу, я купил себе джинсы у фарцовщика (фарцо́вка — сленговое название запрещенной в СССР подпольной покупки/перепродажи труднодоступных советскому обывателю дефицитных импортных товаров — прим.автора) за 180 рублей. Бешеные деньги! Настоящие джинсы, венгерские. Потом в какой-то момент я поступил работать в пединститут, был там еще временным ассистентом, и тут случилась возможность поехать в Архангельск. Один из преподавателей вез студентов, а я просто был увлечен идеей побывать там, где ни разу не был. И меня согласились взять, но за свои деньги. И я эти джинсы продал... рублей за 100. Долетел на обратном пути на Соловки, посмотрел, что это такое, в конце концов остался совсем без денег. У меня единственное, что было, это две банки сгущенки и билет на обратный путь. Я купил на оставшиеся копейки булочку и сел в ленинградский поезд. Он был разбит начисто, ветер свистел в щелях. Еще я успел купить «Мастера и Маргариту». Ехал в разбитом вагоне, читал Булгакова, а потом подсела какая-то пара. Они разложили на столе еду, а я достал сгущенку, она тоже была большой редкостью. Пара накинулась на сгущенку, а я наконец смог поесть. Так что мои джинсы привели к большим приключениям.

А еще одни джинсы я продал, чтобы купить собрание сочинений Канта.
То есть это были эквивалентные вещи. В советские времена работал специальный магазин комиссионных товаров вместо нынешних секонд-хендов. Туда свои вещи можно было сдать. У меня появилась возможность купить Канта, который, кстати, тоже стоил бешеных денег 80 рублей!.., но джинсы были дороже. И чтобы купить сочинения Канта, я пожертвовал своими джинсами. Одеваться модно хотелось, но читать больше. У меня до сих пор осталась пара джинсов с тех времен, кажется, «Монтана». Надеваю их, когда иду на прогулку в лес.
~
Андрей Александорович Золотухин, доцент кафедры теории и практики журналистики, кандидат филологических наук
«Я тоже сварил себе джинсы разок»
В 1989 году я впервые выехал за границу нашей Родины. Поездка была в Брненский университет, с которым мы поддерживали побратимские контакты. На этой встрече были студенты из Чехословакии, Польши и тогда еще СССР, хотя Латыши и Эстонцы держались уже обособленно, а мы с грозненцами вместе. И там, в Брно, я впервые купил в магазине настоящую брендовую вещь рубашку "LeeCooper" изумительного цвета морской волны. Я в ней щеголял потом почти все 90-е. В том же году на Арбате я купил черную футболку с гербом СССР. На фоне перестройки этот принт был моден и патриотичен. Через год СССР не стало.
В 90-е было много разной фарцы, а денег мало. Поэтому многие изготавливали "натурпродукт". Например, варили джинсы. Были популярны светлые джинсы, для этого темные джинсы нужно было засунуть в чан с хлоркой. Я тоже сварил себе джинсы разок. Только они у меня получились с каким-то белыми разводами от хлорки. Но я все равно ходил в них в 90-е, других-то не было. На настоящих модников, и особенно модниц, зрелище моих штанов вряд ли производило неизгладимое впечатление. Или все же производило?
1990-е
Юлия Александровна Лысякова, кандидат филологических наук
«Носили все, что брали на рынке»
Выбор тогда был невелик: либо универмаг с весьма чахлыми магазинчиками, либо рынок. Короче говоря, тогда это называлось «пойти на толпу» (причем пока я не приехала в Воронеж, я таких слов не знала, а означало это «прибарахлиться». На «толпе» покупалось все на свете: шуба, сапоги, любые вещи на все случаи жизни, включая свадебные платья. Не сказать, что дешево, например, первая моя шуба стоила 1 миллион. Не пугайтесь, тогда финансовая ситуация в стране была специфической.
Причем удалось ее ухватить буквально в последний момент. Она была мутоновая, бюджетный вариант, тогда такие носил весь город – безумно популярной оказалась модель. Один раз там же, «на толпе», родители купили мне платье, а длина... для миди – коротковато, для мини – длинновато. Решили этот момент исправить походом в ателье. Услуга оказалась недешевой, а шов – топорным. Поэтому, отвечая на вопрос, модным ли было шить вещи на заказ, – проще купить.
Надо сказать, студенческая мода в общежитии работала по принципу: « У тебя три блузки, у меня три, вместе у нас – шесть».
Самой любимой вещью у меня был свитер с хомутом, в который было приятно замотаться. Еще сиреневый плащ, который надевался поверх чего угодно и годился для выхода на улицу и для того, чтобы в этом плаще выйти на площадку студенческого общежития и элементарно вынести мусор.
~
Юрий Анатольевич Гордеев, доцент кафедры теории и практики журналистики, кандидат филологических наук
«Первое время после переезда в Воронеж я ходил в своём выпускном костюме»
Для меня главным критерием в одежде было удобство. Надел на себя джинсы, и хорошо. В 90-е годы джинсы любили и хотели все, это связанно с тем, что в советское время, они были доступны не каждому. С детства я ходил в джинсах именно советских. Но в мои студенческие годы аутентичными считались, конечно же, джинсы из Соединенных Штатов.
Была одно время дурацкая мода: носили джинсы, которые называли «Мальвины».
Они были такого синего оттенка, вываренные, но могли быть и голубыми или даже практически белыми, все зависело от степени "вываренности".Они были широкими. а некоторые их ещё и подворачивали, чего я лично не делал.
Сам я в моде ничего не понимал, но моими советчиками выступали девушки. Поэтому если девушки одобряли, значит всё в порядке. Иногда даже в магазин их брал с собой, чтобы они помогали выбирать мне вещи.
Мне кажется, мужчина не должен зацикливаться на одежде. Хотя были у меня знакомые, которые так же, как и многие в то время, варили свои джинсы с камнями, песком, используя еще множество разнообразных вариаций, для получения желаемого эффекта. Первое время после переезда в Воронеж я ходил в своём выпускном костюме. И вообще, считалось, что не нужно иметь много одежды.

Курсе на третьем появились фирменные магазины джинсов, но джинсы там стоили, естественно, дорого. Там были разные модели, в том числе и заветные американские, но я присмотрел себе итальянские. Они были дешевле, чем джинсы из США. В них я ходил даже после окончания университета. В комплект к джинсам надевали джинсовые куртки, а внизу могло быть все, что угодно, в зависимости от погоды: кто-то надевал толстые свитера, кто-то – футболки.
~
Роман Владимирович Жолудь, доцент кафедры теории и практики журналистики, кандидат филологических наук
«Можно сказать, я был хиппи…»
Я, на самом деле, тот человек, которому понятие моды подходит меньше всего. Был период моей юности, когда модно было иметь майку с Че Геварой. Никаких специализированных магазинов, продающих такие майки, естественно, не было, да и заказать майку с печатью, как сейчас, тоже было нельзя. Поэтому мою майку с Че Геварой мне привезли из Москвы. Тогда это было местом, где подобные вещи можно было найти на Арбате, там было все, что угодно: от матрешек до маек с какими-либо принтами. Это был отголосок советской романтики. Сейчас у меня к нему диаметрально противоположное отношение, но тогда было принято считать Че Гевару героем и заявлять всему миру о своей солидарности.
Можно сказать, что я был хиппи, но полностью себя с ними никогда не ассоциировал. Считал необязательным, если ты слушаешь ту же музыку, что и они, носить джинсы клеш и большое количество разноцветных рубашек, одетых одну поверх другой, что еще называлось: «из-под пятницы суббота».
Правда, был один атрибут, который лично мне очень нравился, — это фенечки, их носили и парни, и девушки. Было принято, что девушка плетет фенечку и дарит ее парню в знак внимания. У меня много было фенечек, только сейчас уже ничего не осталось, потому что в нашей "тусовке" плели в основном из бисера, а тонкая леска очень быстро рвется.
2000-е
Юлия Николаевна Мажарина, кандидат филологических наук
«Есть один очень важный пункт для меня — я не ношу джинсы»


Я не придавала большого значения моде, для меня в первую очередь было важно, чтобы это было удобно. А все остальные модные явления меня мало интересовали. Как говорила Коко Шанель, мода — это то, что будут носить на улицах, а не то, в чем можно пройтись только по подиуму.


Если сравнивать студенческие годы и нынешнее время, то, наверное, мой стиль не особо поменялся. Я в этом плане ретроград. Есть один очень важный пункт для меня, которого я придерживаюсь со студенческих лет — я не ношу джинсы. То есть, на учебу, на работу я их не надену. Можно увидеть их на мне только в какой-то неформальной обстановке. Для меня джинсы — это что-то связанное с рабочей формой одежды, какие бы они ни были.
~
Александр Сергеевич Сундуков, кандидат филологических наук
«Мода идет на сужение»
Как мне кажется, мода не сильно меняется, я бы сказал, она циклична. То, что раньше было в моде, становится модным сейчас.



В мои студенческие годы было меньше магазинов, в основном одевались на рынках. Разнообразия было меньше, хотя, с другой стороны, качество одежды — лучше. То есть до сих пор у меня в шкафу лежат вещи с 90-х, я их не ношу, но при желании можно. А то, что я покупал пару лет назад, уже через год приходит в негодность. Качество хуже, но зато найти что-то индивидуальное проще.



Гела ОБОЛОНСКАЯ
Лина ХАННАНОВА
This site was made on Tilda — a website builder that helps to create a website without any code
Create a website